?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
ksologub

"Ночь бесславия"

Оригинал взят у birserg_1977 в "Ночь бесславия"
Вечером 27 октября (старый стиль)1916 года 11 новейших эсминцев германской 10-й флотилии под командованием коммодора барона фон Витинга в сопровождении легкого крейсера “Страсбург” вышли из Либавы (Лиепая) к устью Финского залива для нанесения артиллерийского и торпедного удара по кораблям и сооружениям Балтийского порта (Палдиски). По данным радиоразведки командование Балтийским флотом заблаговременно узнало об этой операции. Оперативная часть Штаба командующего Флотом Балтийского моря под руководством капитана I ранга князя М.Б. Черкасского разработала план постановки минных заграждений на возможных путях следования вражеских кораблей в Финский залив, а минеры контр-адмирала М.К. Бахирева скрытно выставили новые минные поля.
48

Германские эсминцы двигались 21-узловым ходом, держа дистанцию в 300 метров. Впереди на “S-56” шел коммодор Витинг. В 9 часу ночи 3 концевых эсминца в темноте отстали. Когда Витингу доложили об этом, он, желая воспользоваться темнотой и внезапностью операции, приказал продолжать движение вперед. Вскоре радио сообщило, что один из отставших эсминцев, “V-75”, подорвался на мине. Дальше трагические события развертывались так: команде “V-75” было приказано покинуть корабль и перейти на “S-57”. Через 5 минут дрейфовавший “V-75” касается еще одной мины, разламывается на три части и идет ко дну. Через час “S-57” также подрывается на мине и тонет. Уцелевших людей подбирает “G-89” и возвращается с ними к крейсеру “Страсбург”, который по плану операции прикрывал эсминцы со стороны моря.

Виттинг узнает об этом в 22 часа, находясь со своей флотилией уже около Оденсхольма (Осмуссаар), поэтому он решает продолжить операцию с оставшимися 8 эсминцами. В 1 час 20 минут 28 октября флотилия подошла к бухте Рогервик. Виттинг приказал трем первым эсминцам войти в бухту и начать обстрел Балтийского порта. Остальные 5 кораблей остались в охранении при входе в бухту. Ворвавшиеся в акваторию порта эсминцы “S-56”, “G-90” и “S-59” освещают прожекторами берег, но цели нет. Русские, зная о набеге, убрали из порта боевые корабли, подводные лодки и коммерческие суда. Береговые склады также пусты. 20 минут корабли ведут беспорядочный огонь по постройкам порта и жилым домам. Выпустив 162 снаряда, немцы повредили 24 строения, убили 2 солдат и 6 мирных жителей, ранили еще 8 человек. Закончив обстрел, флотилия ложится на курс отхода, стараясь при этом обойти севернее минное поле, на котором подорвались два ее корабля. Но, пройдя около 15 миль, флотилия опять наскакивает на минное заграждение. В 3 часа 36 минут подрывается “G-90”. На нем выведена из строя турбина и убито 9 человек. Не проходит и минуты, как взрыв раздается под “V-72”. Вскоре эсминец разламывается на две части и тонет, но на удивление на нем никто не погиб, только несколько моряков получили ранения. Едва “S-59” снимает экипаж “G-90”, как он идет ко дну. Оставшиеся эсминцы продолжают движение, но не пройдя и двух миль в 4 часа взрывается и опрокидывается “S-58”. В отчаянии Витинг изменяет курс и на полном ходу мчится через заграждение. Еще через две мили на мину наскакивает “S-59”, на борту которого находятся экипажи двух погибших эсминцев. Видя, что спасти корабль не возможно, Витинг принимает людей на свой “S-56”. В 6 часов 15 минут в 9 милях от места гибели “S-59” концевой “V-76” подрывается и погружается в воду. Его экипаж снимает “V-77”.

Только 4 корабля привел фон Витинг на базу. Так за одну ночь, прозванную “ночью бесславия”, немецкий флот потерял 7 новейших эсминцев.

После таких потерь немецкие моряки очень неохотно шли выполнять задания на Балтике. Вот что писал в своих воспоминаниях один из немецких подводников Эрнст Хасхаген: “В начале войны лишь одна мина представляла опасность - мина русская. Ни один из командиров... не шел охотно в Финский залив. “Много врагов - много чести” - отличное изречение. Но вблизи русских с их минами честь была слишком велика. Германии, надо прямо сказать, делать там было нечего. Каждый из нас, если не был к тому принужден, старался избегать “русских дел”.

Метки: